Маргарет Джордан легким властным кивком отослала Уинтерса.

— Здравствуйте, — проговорила она поставленным музыкальным сопрано и кивнула на кресла. — Не присядете ли? Это мой жених, Роберт Кассини.

Эллери представил Никки.

— Мисс Портер — сиделка, которую я только что рекомендовал Питеру.

Маргарет прервала его резким взмахом руки:

— Не надо, мистер Квин. Давайте говорить честно. Вы детектив?

Вопрос отчасти застал его врасплох. После паузы он изобразил небрежную улыбку:

— Вижу, Питер проговорился.

Заставив его оправдываться, сестра Джордана воспользовалась преимуществом:

— Мистер Квин, мы понимаем щекотливость вашего положения. Но знаем, зачем вы… и юная леди явились сюда. Мой брат обратился к вам как к профессионалу и, возможно, объявил, что Роберт собирается его убить. — Она помолчала. — Так?

Все минуту молчали. Эллери медленно опустил глаза, остановив взгляд на носках своих туфель.

— Игра окончена, Шерлок Холмс, — хмыкнула Никки.

Он посмотрел на Маргарет Джордан:

— Откуда вам это известно, мисс?

— Старая история, мистер Квин, — с усталым и грустным вздохом объяснила она. — Вы не первый детектив, которому Питер пишет шифрованные записки, и, боюсь, не последний.

— Ах, — встрепенулся Эллери, — вы и о письме знаете?

— Как же можно не знать? Он, как маленький мальчик, играет в игрушки.

Тут в беседу впервые вмешался итальянец, заговорив высоким гнусавым голосом, типичным для разговорной речи профессионального тенора.

— Должно быть, сказал, что жуткое чудовище, злонамеренный дьявол Кассини, задумал однажды ночью убить его в постели. — Он горько посмеялся. — Ради миллионов!

— Совершенно верно.

— Но, мистер Квин, — с легкой ноткой нетерпеливости предупредила Маргарет Джордан, — не принимайте всерьез заявления Питера.